Нечеловеческий приём. Клетка [S-синдром] - Евгения Грозд

— Теперь сделал, — снова сканировал её. Без толку. Ничего не скажет.

— Память вернётся? — неожиданный вопрос. Совсем ненужный мне. — Я хочу вспомнить… Очень хочу.

Устало выдохнул, понимая, что смысл поцелуя подавлен ею.

— Вспомнишь.

После прогулки, развели всех по камерам. Закрыв её дверь, впервые очень чётко и явно ощутил пропасть. Пропасть моей борьбы за неё. К горькому разочарованию, осознал, что ей это всё не нужно. Она и правда сумасшедшая! Кажется, я прозрел? Мать вашу! А если всё не так?

Жаль, что это был лишь голос разума.

ДЖИЛЛ

ОН снова исчез, но, кажется, меня это уже не сильно волновало. Каким-то чутьём, я была уверена, что он придёт снова.

Раньше я была жертвой, а он моим повелителем, теперь же это всё принимало немного другой оборот. Ярлыки раба и властелина разделились пополам, каждому осталось по пятьдесят процентов того и другого.

Но одна головная боль сменилась другой. Я начала боятся за него. Моё отношение к нему не изменило в мужчине чудовище и убийцу, а лишь сделало меня сообщницей. Его рано или поздно раскроют, а я ничего не смогу сделать.

Как вообще такое произошло? С каких пор я начала переживать о нём? Он заслуживает наказания! Но за что теперь он должен быть наказан? Только за смерть Эммы?"… ты её убила", — эти слова в первые минуты её смерти. Тогда они меня возмущали, ну а теперь, я почему-то посмотрела на них с другой стороны. Ведь тогда я могла, ослушаться её, не поддаться на провокацию побега. Я же знала, что даже, если у меня и получится исчезнуть, то виновника всё равно найдут и накажут. В результате, не только всё провалилось, но и погиб невинный человек. В том есть моя вина…

Мать твою! Ударила рукой по подушке, почувствовав, внезапно, к себе отвращение. Да, отвращение! Что я сейчас делаю? Я оправдываю его?! И беру все его злодеяния на себя?! И вправду, сумасшедшая!

О добре и зле можно рассуждать вечно. Доказывать что-то, переубеждать себя. Я сейчас превращаюсь в тупой маятник, с бесполезной дилеммой. И что виной всему? Любовь?!

Укусила себя за основание большого пальца на руке с такой отрезвляющей силой, что остались следы с синюшными пятнами. Нет, этой чёртовой любви здесь не будет! Нужно что-то сделать, выкурить её!

Дверь камеры запищала.

— В душ, — буркнул санитар.

В душевой пятого этажа всё иначе, не так, как на третьем. У каждого своя кабинка. Женщинам разрешалось зашториваться. Все остальное кроме душевой лейки отсутствовало. Ни полок, ни крючков.

Струя воды была достаточно тёплой и успокаивающей. Принимая на себя эти ласкающие ощущения, опять же невольно вернулась мыслями к нему — дьявольски сладким, плотским и жестоким. В груди сильно защемило, взбудоражив ненависть к своей бренной плоти. Но хуже всего, не только тело хотело к нему, но и сердце, а мозг трезво мыслил и призывал опомниться.

Господи, это правда, физическая боль гораздо лучше всего этого!

Я сжала фигуру в своих объятиях капканом. Капли слёз смешались с водопроводной водой, уходя в сливную трубу. Туда бы и мою чудовищную жизнь. Закрыла глаза, стараясь поймать и сохранить покой, но вместо этого внезапно получила жестокий удар памяти, который пришёлся на всё моё тело, вытянув в струну…

" Вырезать бы тебе, сука, сердце и заставить сожрать его…" — дикий, ненавидящий взгляд чёрных глаз.

"… убийца. Ты, дрянь, не должна это путать…"

"Не трогай меня, сволочь…"

"Ты должна быть красивой для меня…"

"Членовредительством заниматься я тебе запрещаю, иначе отрежу руки по самые локти, поняла?"

"Что ты делала с ним?"

"… я его на куски порежу, если он ещё раз подойдёт к тебе!"

"Ты ничтожество, похлеще своего братца!.."

"Жри, сука! Глотай!.."

Слова, картинки, ощущения — всё это безжалостно избило меня, подобно плетям. Я вспомнила ЕГО! Вспомнила всю боль, жестокость, ненависть, страх и обиду. И всё это был ОН! Это всё было! Почему сейчас? Почему раньше не могла всё вернуть в свою голову?! Это предотвратило бы мою слабость…

Я ненавижу его! Боже! Нет! Я полюбила дьявола! Нет! Нет! Нет!

Еще сильней возненавидела своё ничтожное существо и с остервенением начала намыливать кожу, тщетно пытаясь смыть с себя следы рук моего мучителя. Лучше убить это всё! Убить на корню то, что зародилось в моём сердце. Убить…

Как?

Взгляд мазнул по душевой. Сбитые края кафельной плитки в углу у сантехники. Да… У меня получится. Ты выйдешь из моего сердца. Выйдешь вместе с кровью!

Глава 17. Уход

КАСТЕР

Крик о помощи сорвал меня с места. Голос Митча из рации, вытряс всю душу пока я бежал до душевых. Влетев, сначала обратил внимание на скрученного голого мужчину-пациента, который вопил и истерил, что есть мочи:

— Избавление! Это избавление, — разобрал его слова.

— Быстро в операционную её! Скорее! — дрожащим и злым голосом перекрикивал больного санитар.

Её?! Повернул голову и тут же увидел эту жуткую картину — голое тело Джилл сидело на дне душевой, поджав под себя ноги и припав к стене. Со стороны вроде устала, либо задумалась, но кровавая река под ней, говорила совсем о другом.

— Джилл?! — молнией оказался возле неё. Выключил воду.

— Избавилась… Свободна… — орал заключённый. — Больно, дьявол!

Вбежал ещё санитар.

— Дай смирительную, живей. Этот от крови дуреет, — рычал Митч.

Все тело панически отбивали одно "Не сама… Не должна сама. Как же?"

Бросил коллеге рубашку, а сам схватил с крючка полотенце. Обмотал её наготу. Разорвал часть своей спецовки и кое-как наспех перетянул запястья. Несчастная ветошь мгновенно начала мокнуть.

— Джилл?! — продолжал звать.

Не умирай. Только не умирай!

Пока мчался с драгоценной ношей на руках, казалось, что коридоры нарочно удлиняются.

Не уходи, пожалуйста! Живи, тебе НАДО жить!

Влетел с ней в операционную. Дежурившая Кейт, мгновенно вошла в курс и приняла пострадавшую.

— Кейт, вены… они перерезаны, — запыхаясь, уложил девушку в операционное кресло. Брит, как истинный профи тут же начала действовать. — Порезы рваные… Коагулянты… Жгут, — я вспоминал медицину.

— Кас, уйди отсюда! — грозно велела она.

Да, врачи так делают, когда родственники пострадавшего начинают им мешать. Я это понимал, но не мог уйти, мне нужно видеть, что всё будет хорошо, что Кейт